Возвращение Каддафи


Выборы в Ливии под угрозой срыва. Разделившие страну силы не могут договориться о примирении. Нестабильность подогревается интригами иностранных государств, уже семь лет раздирающих Ливию на куски. Последнюю надежду многие связывают с сыном Муамара Каддафи.

Справедливое возмездие

Интервенция НАТО, обрушившаяся на Ливию семь лет назад, не отпускает страну из своих окровавленных когтей. Эхо этого преступления слышно и в продолжающейся гуманитарной катастрофе, и в глубоком политическом кризисе. Тем отраднее иные отзвуки тех событий, заставляющие поверить в неизбежность исторического возмездия. 20 марта в пригороде Парижа был задержан Николя Саркози. Вряд ли следователи, пригласившие бывшего президента Франции на завершившийся арестом допрос, подгадывали специально. Однако факт остаётся фактом: именно 20 марта 2011 года натовская авиация начала массированные бомбардировки Ливии.

Саркози инкриминируют получение от Муамара Каддафи 50 миллионов евро на президентскую кампанию 2007 года. Данная сумма более чем вдвое превышает предельный размер избирательного фонда, а кроме того, иностранное финансирование кандидатов французским законодательством запрещено в принципе.

Расследование дела в отношении Саркози началось пять лет назад, и за это время следствие собрало неопровержимые доказательства его вины. Так, франко-ливанский бизнесмен Зияд Такиеддин сообщил, что лично передал часть суммы кандидату в президенты. О наличии у него аудиозаписей переговоров с представителями экс-главы Елисейского дворца заявляет и сын Муамара Каддафи — Саиф аль-Ислам. Именно он был первым, кто предал огласке скандальные подробности. По его словам, Саркози в обмен на поддержку обещал снять с Ливии французские санкции. Обещание было выполнено, но, как оказалось, президент лишь ждал удобного случая, чтобы, расправившись со вчерашним благодетелем, замести следы. Никакого раскаяния от Саркози, разумеется, ждать не приходится. Наоборот, сегодня он вновь грозит расправой «этой банде», называя так семью Каддафи.

Впрочем, преступный характер агрессии 2011 года не собираются признавать и нынешние властители Европы. Запоздалое преследование Саркози вызвано совсем другими причинами. Ещё перед вторжением в Ливию он установил доверительные отношения с Катаром, которые не прекратились и после сложения президентом своих полномочий. Пользуясь имеющимися связями с руководством франкоговорящих стран Африки, Саркози способствовал заключению ряда выгодных для эмирата контрактов. Например, на поставку сжиженного природного газа в Кот-д’Ивуар. Это вызвало раздражение главного соперника Катара в арабском мире — Саудовской Аравии. Учитывая, что нынешнее французское руководство ждёт от королевства щедрых инвестиций, судьба Саркози была предрешена. Экс-президента принесли в жертву накануне прошедшего 8—10 апреля визита в Париж наследного саудовского принца Мухаммеда бен Салмана. Только вот сочувствия к Саркози это обстоятельство не прибавляет. Он пострадал от собственных авантюр, и самое страшное, что ему грозит, — это заключение в камере класса «люкс». Что не идёт ни в какое сравнение со страданиями ливийского народа.

Грызня за ресурсы

Спустя семь лет после убийства Каддафи страна всё глубже погружается в хаос. При «авторитарном» режиме Ливия занимала первое место в Африке и 56-е в мире по Индексу человеческого развития. После «демократической» интервенции страна опустилась на 102-е место, пропустив вперёд такие африканские государства, как Алжир, Маврикий и Сейшельские Острова. И падение продолжается. Большая часть населения страдает от постоянных отключений электроэнергии, отсутствия доступа к чистой питьевой воде и услугам здравоохранения. Свыше трети граждан находятся за чертой бедности. Сотни тысяч человек бежали от войны и нищеты в другие страны — главным образом в Египет, Тунис и Алжир. И это не считая внутренне перемещённых лиц.

Ситуация с безопасностью ещё более катастрофичная. В конце прошлого года мир потрясли кадры с невольничьих рынков. Выяснилось, что в Ливии создана разветвлённая система работорговли. В Зуваре, Сабхе, Гадамесе и других городах можно совершенно открыто приобрести чернокожего раба. Причины чудовищного явления западные СМИ, однако, замалчивают. После свержения Каддафи ливийские границы стали прозрачными. Из африканских стран через них хлынул поток беженцев, надеющихся добраться до побережья Средиземного моря и проникнуть в Европу. В Ливии несчастные либо становятся жертвами банд, превративших торговлю рабами в бизнес, либо насильно удерживаются в так называемых центрах размещения мигрантов. Последние созданы по требованию чиновников Евросоюза, не озаботившихся возможностями практической реализации плана. Около 20 тысяч человек содержатся в нечеловеческих условиях голода и антисанитарии.

Но это лишь одна из множества проблем, которые не в состоянии решить власть. Впрочем, единого руководства в стране давно нет. В Триполи базируется признанное ООН правительство Фаиза Сараджа. В Тобруке, на востоке Ливии, заседают его оппоненты — избранная 4 года назад Палата представителей и кабинет во главе с Абдуллой ат-Тани. Наконец, власть над страной оспаривают сторонники экс-премьера Халифы аль-Гави, контролирующие ряд районов на северо-западе.

Ещё более пёстрыми являются вооружённые силы. Если на стороне Тобрука выступает регулярная Ливийская национальная армия под командованием фельдмаршала Халифы Хафтара, то правительства Сараджа и аль-Гави опираются на многочисленные ополчения, при ближайшем рассмотрении представляющие собой обыкновенные банды. Их повседневная деятельность заключается в вымогательствах, похищениях людей с целью выкупа и в уже упомянутой работорговле.

Фактический распад государства вызван не только внутренними причинами, вроде сохранения родоплеменной организации. Огромные ресурсы — а Ливия входит в десятку стран с богатейшими запасами нефти — привлекают к ней внимание региональных и мировых держав. Поддерживая тот или иной центр силы, они пытаются прибрать к рукам природные богатства. На «тобрукское» правительство и фельдмаршала Хафтара делают ставки Египет, Саудовская Аравия, ОАЭ и Франция. Аль-Гави пользуется поддержкой Катара и Турции. Кабинету Сараджа в Триполи больше всего благоволят Италия и США, куда премьер летал несколько месяцев назад. По итогам переговоров с Трампом стороны договорились «принимать совместные меры для укрепления стабильности и единства Ливии». Суть этих мер ясна: продолжение вмешательства Вашингтона во внутренние дела страны. 24 марта американские ВВС нанесли удары по району ливийского города Убари. Как утверждается, с целью ликвидировать неких террористов.

Российская дипломатия в последние месяцы сделала неожиданный поворот от тесных контактов с Хафтаром к поддержке правительства Сараджа. В связи с этим стоит упомянуть недавнюю публикацию в близкой к Тобруку газете «Аль-Мутавассыт». По словам её авторов, Кремль отказался строить равноправные отношения с различными ливийскими силами и сосредоточился на поиске выгоды от сближения с кабинетом Сараджа. Как указывает издание, «триполийское лобби» в Москве представляют депутат Госдумы РФ Адам Делимханов, миллионер, глава Союза армян России Ара Абрамян и помощник президента Чечни Лев Деньгов. Последний также является руководителем контактной группы по Ливии при МИД РФ и Государственной думе. Установив тесные контакты с первым вице-премьером «триполийского» правительства Ахмедом Майтыгом, это лобби добивается заключения прибыльных контрактов по нефтяным месторождениям.

Надежда для миллионов

Скрытая грызня за ресурсы перечёркивает шансы на скорое урегулирование конфликта. Напомним, что в соответствии с заключёнными в 2015 году Схиратскими соглашениями в Ливии создавались правительство национального единства и президентский совет, которому, среди прочего, предстояло принять командование Ливийской национальной армией (ЛНА). Оба органа возглавил Фаиз Сарадж.

Против соглашений выступил фельдмаршал Хафтар, справедливо увидевший в этом угрозу своим позициям. Он обвинил кабинет Сараджа в засилье исламистов, а Палата представителей под его давлением отказалась признавать легитимность новоявленного правительства. Тем не менее торг между Триполи и Тобруком продолжался. Летом прошлого года Хафтар и Сарадж договорились соблюдать режим прекращения огня и провести в 2018 году парламентские и президентские выборы. Началась подготовка к голосованию. Как заявил недавно председатель Национальной избирательной комиссии Имад ас-Сайех, выборы должны пройти до 30 сентября, для участия в них уже зарегистрировались 2,4 миллиона избирателей — 53 процента от общего их числа.

Однако вероятность завершения кризиса крайне мала. В декабре Хафтар объявил об утрате легитимности правительством Сараджа. По его словам, Схиратские соглашения заключались сроком на два года, которые уже истекли. В связи с этим ЛНА не будет подчиняться политической структуре, «не имеющей законной поддержки народа». Не помогла и тайная встреча, которая, по данным СМИ, прошла в конце марта. На ней Сарадж предложил Хафтару разделить власть. Фельдмаршалу посулили посты главнокомандующего, министра обороны, а также квоты на формирование ещё ряда министерств. Незадолго до этого Хафтара «обрабатывали» представители американского госдепа, пригласившие его на встречу в Иорданию.

Западная пресса после этого обвинила военачальника в стремлении к единоличным диктаторским полномочиям. В действительности Хафтаром может двигать элементарное чувство самосохранения. Он понимает, что Сарадж — совершенно не самостоятельная фигура, зависимая как от иностранных покровителей, так и от собственного окружения, которое испытывает к фельдмаршалу жгучую ненависть. Приняв внешне заманчивое предложение, Хафтар рискует остаться ни с чем. А то и вовсе лишиться головы.

Как бы то ни было, ситуация в Ливии вновь обостряется. Возобновились стычки между ЛНА и ополчениями, поддерживающими Сараджа. То и дело происходят покушения на влиятельных функционеров с обеих сторон. ООН, взявшая на себя урегулирование кризиса, демонстрирует полную оторванность от ливийских реалий. 7 апреля организация объявила о старте «национального диалога», который-де должен внести «свежую струю» в Схиратские соглашения. Однако его вероятность в нынешних условиях близка к нулю.

В этих условиях взгляды ливийцев обращены на сына Муамара Каддафи. Получив прекрасное образование, Саиф аль-Ислам при жизни отца активно участвовал в благотворительности и народной дипломатии. После начала агрессии он включился в защиту родной страны, разоблачая ложь зарубежных СМИ. Смерть ливийского лидера выдвинула Саифа в руководители сопротивления. «Я нахожусь в Ливии, я жив, свободен и намерен сражаться до конца», — заявил он 23 октября 2011 года. Однако силы были слишком неравны. Спустя месяц Каддафи был выслежен и схвачен.

Началось многолетнее заключение в тюрьме города Зинтан. Рассматривая пленника как козырь в политических играх, тамошние боевики отказались выдавать его новому правительству, приговорившему Саифа к смертной казни. На свободу Каддафи вышел в прошлом году, чему предшествовала объявленная Палатой представителей амнистия. Несмотря на грозящую опасность — а желающих Саифу повторения судьбы его отца немало как в самой Ливии, так и за её пределами, — он включился в политическую жизнь. Недавно Каддафи выступил против присутствия иностранных военных на территории страны. А 19 марта его представитель Айман Бурас заявил о намерении Саифа участвовать в президентских выборах. «Цель Каддафи — спасение страны, защита прав и свобод её граждан», — подчеркнул он. На стороне Каддафи уже выступил Верховный совет ливийских племён и городов.

Не исключено также, что Саифа поддержит Халифа Хафтар. Фельдмаршал заявил, что не возражает против возвращения Каддафи в политику. «Мы говорим ему: «Добро пожаловать!» — добавил он. Кроме того, командование ЛНА призвало вступать в свои ряды военнослужащих старой армии.

Подобные перспективы сильно напугали тех, кто 7 лет назад уничтожал страну. Дональд Трамп объявил о продлении санкций в отношении бывшего ливийского руководства и семьи Каддафи. Которая, дескать, «представляет чрезвычайную угрозу для национальной безопасности США»! Выдачи Саифа аль-Ислама требует Международный уголовный суд, хотя его юрисдикция не распространяется на Ливию.

В ближайшие месяцы страну ждёт новая битва. На чаше весов — будущее Ливии и её народа.

Сергей Кожемякин


Вы можете обсудить этот материал на наших страницах в социальных сетях