К 76-й годовщине Варшавского восстания. Рассекреченная история

К 76-й годовщине Варшавского восстания. Рассекреченная история


Более 75 лет прошло со дня начала Варшавского восстания, несмотря на это, среди историков до сих пор не утихают страсти в оценке этого события.

Варшавское восстание 1 августа 1944 года по героизму его участников и по своим трагическим последствиям является одним из заметных событий заключительного этапа Второй мировой войны.

Мужество варшавян, запертых в стенах родного города, вступивших в неравный бой с вооруженным до зубов противником, их героизм и самоотверженность золотыми буквами вписаны в историю движения Сопротивления.

Единственное, что омрачает память об этом героическом событии, - это сегодняшние заявления польских политиков и историков о том, что в поражении восстания и его огромных потерях виновата Красная армия и лично Сталин. Вот так - не больше и не меньше.

В июле 2017 года президент США Дональд Трамп посетил польскую столицу и выступил с речью, в которой, в частности, отметил: "…Летом 1944 года гитлеровские и советские войска готовились к ужасной и кровавой битве прямо здесь, в Варшаве. В этом "аду на земле" граждане Польши встали на защиту своей родины. Для меня огромная честь стоять на этой сцене рядом с ветеранами и героями Варшавского восстания. …А на другом берегу реки советские войска остановились и ждали. Они наблюдали, как нацисты безжалостно уничтожали город, жестоко убивая мужчин, женщин и детей. Они пытались уничтожить этот народ навсегда, сломив их волю к жизни… Пока мы помним нашу историю, мы будем знать, как нам строить наше будущее".

Понятно, что Трамп - не историк, его ввели в заблуждение те, кто готовил ему речь. Хотя американский президент ничего нового не сказал - ведь тому же самому учат и польских детей в школах.

Например, еще в 2004 году на русском языке была опубликована "История Польши", в которой внимание читателей акцентировалось, прежде всего, на героизации участников восстания: "Два месяца (август-сентябрь 1944 г.) несколько десятков тысяч повстанцев, поддерживаемых гражданским населением (которое, однако, нечем было вооружить), сражались с хорошо оснащенными и численно превосходящими их немецкими войсками. В течение этого времени Красная армия, наступление которой было приостановлено, находилась на восточном берегу Вислы.

Авторы не объясняют читателю, по какой причине Красная армия в августе 1944-го не предприняла решительный штурм польской столицы, хотя и упоминают, что события на советско-германском фронте в районе Варшавы летом 1944 года развивались стремительно, причем не в пользу Красной армии.

Вместе с тем вину за неудачу восстания они пытаются переложить на советскую сторону: "На протяжении нескольких недель советское руководство не предприняло никаких действий, чтобы прийти на помощь восстанию, и даже запретило приземляться самолетам союзников, которые с военных баз в Италии пытались доставить сражавшейся Варшаве оружие, амуницию, лекарства и продукты.

Лишь в середине сентября, овладев не охваченной восстанием правобережной частью Варшавы, советское командование попыталось форсировать Вислу силами слабых отрядов находившегося в его подчинении Войска Польского. Операция окончилась неудачей и привела к большим потерям".

Сталин не помог?

Попробуем восстановить хронологию событий и заглянуть "за кулисы" происходивших в то время некоторых событий.

Известно, что накануне восстания в польской столице, 30 июля 1944 года, в Москву прилетела делегация польского эмигрантского правительства во главе с премьер-министром Станиславом Миколайчиком, которая находилась в столице СССР до 20 октября 1944 года.

Подробности этого визита, за исключением нескольких документов, практически не известны общественности. Сообщил ли польский премьер С. Миколайчик Молотову или Сталину о намечавшемся восстании в польской столице, и если нет, то почему?

Этот вопрос современные польские историки и политики старательно обходят стороной, мол, сколько людей, столько и мнений. Но фактом остается одно: в Польше укоренилась позиция, сформированная эмигрантским правительством в Лондоне, разумеется, не без помощи англичан, что Сталин умышленно не оказал помощи восставшим варшавянам.

31 июля, то есть за день до восстания в Варшаве, состоялась встреча наркома иностранных дел СССР В.М. Молотова с премьер-министром С. Миколайчиком, членами польской делегации. Во время беседы Молотов заметил, что "до Варшавы осталось всего лишь 10 километров" и спросил, "имеются ли у Миколайчика еще какие-либо вопросы". В ответ польский премьер сообщил, что "вопросов у него больше нет…".

Спустя несколько дней - 3 августа - Миколайчика принимает лично Сталин. Польский премьер во время разговора информирует Сталина, что "…1 августа польская подпольная армия начала открытую борьбу против немцев в Варшаве и что он, Миколайчик, хотел бы возможно скорее выехать в Варшаву…". Далее в разговоре Миколайчик вновь упомянул о том, что "…он хочет быть в Варшаве. Тов. Сталин отвечает, что Варшава у немцев. Миколайчик говорит, что, как он думает, Варшава будет скоро освобождена, и он сможет там создать новое правительство, базирующееся на все силы Польши. Тов. Сталин замечает: "Дай Бог, чтобы это было так…"

Новые архивы ФСБ: Лондон знал об авантюре

А вот что говорят ранее неизвестные, рассекреченные документы из Центрального архива ФСБ России. Стоит отметить, что накануне и в ходе самого восстания АК активно проводила пропагандистскую кампанию, направленную против СССР.

В разведсводке о положении в Польше 1-го управления НКГБ СССР от 19 августа 1944 года также сообщалось о проводимой АК антисоветской пропаганде, обвинявшей СССР в неоказании помощи восставшим.

В документе сообщалось: "[…] Руководство "Крайовой Армии" рассчитывало, что части Красной армии займут Варшаву 19-20 августа.

Восстание преследовало политические цели: взять власть в свои руки к приходу Красной армии и объявить, что поляки освободили Варшаву сами еще до прихода Красной армии"…

При этом в связи с неудачей восстания руководство "Армии Крайовой" проводит устную пропаганду: "Мы подняли восстание с целью помочь Красной армии взять Варшаву. Однако, когда восстание начало развиваться, Красная армия умышленно приостановила свое наступление и не помогает восставшим даже вооружением. Командование Красной армии сделало это с целью, чтобы немцы уничтожили лучшую часть польских патриотов" […]".

Восстание преследовало политические цели: взять власть в свои руки к приходу Красной армии и объявить, что поляки освободили Варшаву сами до ее прихода

По существу этот тезис был положен в основу всех послевоенных многочисленных инсинуаций о Варшавском восстании.

Недавно в Центральном архиве ФСБ России удалось обнаружить новые документы, относящиеся к Варшавскому восстанию 1944 года, из которых следует, что польское эмигрантское правительство в Лондоне было достаточно информировано о том, что восстание в Варшаве подготовлено плохо.

Так 15 марта 1945 года Лодзинской опергруппой "Смерш" 1-го Белорусского фронта был арестован заместитель Главного коменданта Армии Крайовой, полковник Роман Рудковский.

19 и 23 марта 1945 года Уполномоченный НКВД СССР по 1-му Белорусскому фронту И. Серов по "ВЧ"-связи направил докладные записки наркому внутренних дел СССР Л. Берии об аресте и о допросе полковника Рудковского.

В частности, он сообщил, что "…в период Варшавского восстания аковцев он находился в Лондоне, и Миколайчик ему говорил, что у них было заседание по поводу организации восстания в Варшаве, но, ввиду недостаточного знания обстановки в Польше, Совет министров к окончательному решению вопроса не пришел и было записано: "Предоставить возможность самостоятельных действий генералу "Буру", в зависимости от ситуации на месте".

В сентябре Рудковского вызвал Миколайчик к себе и предложил ему вылететь в Польшу для того, чтобы проверить положение восставших, наличие у них вооружения и боеприпасов, а также ознакомиться с состоянием организации АК.

Как показывает Рудковский, он в течение октября-ноября 1944 года, находясь в Польше, передал Миколайчику четыре телеграммы, в которых объяснил, что аковцы к восстанию в Варшаве не были подготовлены, ввиду отсутствия оружия и боеприпасов, несколоченности отрядов АК и отсутствия командных кадров.


В одной из телеграмм Рудковский указывал, что главная комендатура АК обманывала лондонское эмигрантское правительство о количестве находящихся в подполье аковцев и их вооружении, преувеличивая при этом в 4-5 раз численный состав АК.

Якобы эту телеграмму он показал главному коменданту АК "Недзвядек", который был недоволен таким сообщением и заявил, что это все относится к генералу "Буру", так как в тот период он был всего лишь заместителем".

Против немцев и советов

Кроме того, для понимания того, какие причины привели к трагедии восстание в Варшаве, следует рассмотреть ситуацию, сложившуюся к лету 1944 года на оккупированной вермахтом польской территории.

Ставка Верховного Главнокомандования и руководство СССР обладали весьма подробной информацией о военно-политическом положении в Польше и намерениях польского эмигрантского правительства в Лондоне в связи с вступлением Красной армии на польскую землю.

С лета 1943 года на территории Польши активно действовали отряды советских партизан и оперативные группы НКГБ СССР.

Новые факты об их деятельности приведены в недавно опубликованном, 6-м томе 12-томной истории Великой Отечественной войны.

Вот как характеризуется деятельность Лондонского правительства и польских подпольных организаций на оккупированной территории Польши в 1944 году: "Официально под руководством эмигрантского правительства во главе с С. Миколайчиком польская разведка и подпольные боевые структуры Армии Крайовой действовали только против немецких оккупантов и в общих интересах союзников, включая СССР.

На самом деле они были нацелены на недопущение установления в Польше режима не только дружественного, но даже лояльного по отношению к Советскому Союзу.

"Лондонцы" и их представители в самой Польше не желали даже обсуждать вопрос о так называемых восточных крессах - территориальной принадлежности к нашей стране Западной Украины, Западной Белоруссии и некоторых областей Литвы. Присоединение их в 1939 г. к СССР рассматривалось как оккупация, а Красная армия - как войска оккупантов.

Еще в октябре 1943 г. 1-е управление НКГБ СССР получило из лондонской резидентуры сообщение о некоторых решениях польского генерального штаба. Агенты советской разведки отмечали, что генштаб с согласия эмигрантского правительства дал инструкции уполномоченному польского правительства в Польше "готовиться к оказанию сопротивления Красной армии при вступлении ее на территорию Польши".

Кроме того, польским вооруженным силам, то есть Армии Крайовой, предписывалось вести беспощадную борьбу с просоветскими партизанами в Западной Украине и Западной Белоруссии и "готовить всеобщее восстание в этих областях при вступлении туда Красной армии".

И наконец, еще 20 ноября 1943 года командующий АК Коморовский издал приказ о введении в действие т.н. плана "Бужа" ("Буря"). Этим планом предусматривалось использовать временной разрыв между отходом вермахта и вступлением в тот или иной город Красной армии для захвата частями АК власти и "презентации" законной власти польского правительства в эмиграции. Частью плана "Буря" стало и Варшавское восстание 1944 года.

По данным советской разведки

Советская контрразведка получила ряд документов, неопровержимо свидетельствовавших о прямых контактах между АК и германскими спецслужбами: "Сами же отряды Армии Крайовой давали своей деятельностью достаточно оснований советским спецслужбам для сомнения в желании поддерживать усилия Красной армии в борьбе с врагом.

На это ясно указывалось в перехваченной чекистами протокольной записи переговоров представителей германской военной разведки и полиции безопасности с одним из командиров Армии Крайовой майором Кржижановским (псевдоним Вилк).

Их встреча состоялась еще 13 февраля 1944 г. Немецкая сторона соглашалась на существование польских вооруженных сил численностью в несколько тысяч человек в обмен на неприменение ими оружия против германских солдат".

Документы советской внешней разведки также свидетельствуют, что в связи с вступлением Красной армии на территорию Польши германские оккупационные власти изменили свое отношение к полякам и стали активно их привлекать для вооруженной борьбы с польскими подпольными организациями левой ориентации и советскими партизанскими отрядами, действовавшими на польской земле.

Приведем выдержки из архивных материалов, хранящихся в фондах Центрального архива ФСБ России:

20 января 1944 года опергруппа НКГБ, действовавшая в районе Ровно, сообщила в Москву: "Поляки, проживающие в мест. Рафаловка, Пшеброжах, Рожищах, в последнее время резко изменили свое отношение к советским партизанам и перешли полностью на службу к немцам.

В Луцке и Рожищах создана польская полиция, которая усердно выполняет приказы немцев по истреблению русского и украинского населения восточных областей УССР. Поляки разъезжают по украинским селам, сжигают их, убивают население и совершают грабежи.

За последнее время поляками сожжены с. Тростянец, Омелено и разграблены с. с. Хапнево и Климентовка. В Пшеброжах немцами создан отряд поляков численностью до 1200, имеющий на вооружении две 45-мм пушки, станковые и ручные пулеметы и винтовки. Поляки распространяют среди населения провокационные слухи о якобы совершаемых советскими партизанами убийствах польского населения".

С февраля 1944 года зафронтовая разведка НКГБ СССР зафиксировала подготовку польских подпольных организаций, подчинявшихся польскому правительству в эмиграции, к восстанию в стране и негативное отношение к формированию Польской армии на территории СССР.

В спецсообщении 4-го Управления НКГБ СССР руководству наркомата госбезопасности от 9 февраля 1944 года говорилось: "[…] Подпольная организация ведет массовую работу среди зажиточной части белорусского населения и поляков под лозунгом: "Не пускать Красную армию на польскую территорию. Нам помогут Англия и Америка".

Организация усиленно готовится к всеобщему восстанию поляков. К вооруженным силам поляков в Советском Союзе организация относится враждебно, называя солдат Польского корпуса в СССР предателями Родины".

10 мая 1944 года руководитель опергруппы, действовавшей на территории генерал-губернаторства, докладывал: "[…] в начале апреля с. г. в с. Гута-Коштелянска что близ г. Янов, убито 8 поляков из отряда "Гвардии Людовой". Летом прошлого года вооруженным отрядом под командованием Леха в Яновском лесу было убито 23 красноармейца, бежавших из немецкого плена. В марте с. г. там же убиты три раненых советских партизана из соединения Ковпака, оставленных на излечение.

Опергруппы докладывали и о конфликтах, происходивших внутри польских подпольных организаций, подчинявшихся Лондонскому правительству.

20 июня 1944 года начальник 1-го Управления НКГБ СССР П.М. Фитин направил начальнику 2-го Управления НКГБ СССР П.В. Федотову служебную записку следующего содержания:

"По полученным нами агентурным данным, уполномоченный лондонского правительства на территории Польши Янковский и командующий "Краевой Армии" генерал Комаровский дали следующую директиву: "Немцы обанкротились, с ними нечего считаться, главный истинный враг - СССР, все силы против СССР. Для усиления борьбы против СССР освобождены из-под ареста майор Липинский и капитан Копоровский ("Армии Краевой"). Немцы руководят некоторыми отрядами "Армии Краевой". "Батальоны хлопске" положительно относятся к СССР, вследствие чего "Армия Краева" пытается их разоружить".

Как видим, информация, поступавшая от оперативных групп НКГБ СССР и других источников, давала возможность руководству страны получить объективную картину событий, происходивших в стране накануне восстания в Варшаве. Эти сведения говорили о том, что лондонское правительство и его эмиссары в Польше готовы даже на сотрудничество с немецкими оккупантами, лишь бы не допустить Красную армию на польскую землю.

Информация о положении на территории Польши, собранная наркоматом госбезопасности СССР, оперативно поступала руководству страны. Безусловно, что негативное отношение Армии Крайовой к СССР в целом учитывалось командованием Красной армии при проведении наступательных операций в Польше.

Особая папка

Дополнительную информацию о положении в оккупированной Польше на 1944 год дают и материалы Особой папки НКВД СССР за 1946 год, в частности, о взаимоотношениях между иерархами Католической церкви в Польше и руководителями нацистской администрации.

В мае 1945 года в советский плен попал бывший начальник Церковного отдела гестапо (отдела IV B3) Главного управления имперской безопасности штурмбанфюрер СС резерва, доктор теологии и философии Карл Нойгауз. Приведем фрагмент из его заявления от 18 февраля 1946 года:

"Несмотря на репрессии против католических священников в Польше, высшие польские духовные лица находили общий язык для сотрудничества с немецкими властями.

Высший руководитель католической церкви в Польше кардинал Хлонд после оккупации Польши германскими войсками в 1939 году бежал в Рим и долгое время находился в Ватикане. Хлонд был в близких отношениях с папой Пием XII, который ему очень покровительствовал.

Как сообщил в феврале 1944 года телеграммой бывший начальник СС и полиции во Франции генерал-полковник - Оберг, - Хлонд по личной инициативе предложил СД и представителям МИДа принять участие в пропагандистской борьбе против большевиков.

После бегства кардинала Хлонда из Варшавы католическую церковь в Польше возглавил архиепископ краковский князь Сапега.

В Польше немецкие власти заключили многих католических священников в концлагери и их имущество конфисковали. Несмотря на это, архиепископ Сапега умел ладить с немецкими властями в польском генерал-губернаторстве.

В конце 1941 года Сапега заявил одному из своих священников - агенту СД: немцы должны понять, что настало время изменить политику по отношению к полякам; если бы они дали полякам кое-какие обещания, то поляки охотно бы включились в борьбу против Советов. Видимо, основываясь на этих взглядах Сапеги, генерал-губернатор Польши Франк, имея намерение создать польские части СС, писал Гиммлеру о том, что надеется на помощь в этом Сапеги и его церкви.

Другими словами, пока одни поляки сражались с нацистами, их католические духовные пастыри за их спинами закрывали глаза на преступления гитлеровцев и договаривались о совместной борьбе "против Советов".

Жаркое лето 1944-го

Стоит обратить внимание на некоторые военно-политические события накануне и во время восстания в польской столице. По накалу сражений лето 1944 года выдалось исключительно жарким. Нацистская Германия оказалась зажата в клещи с запада и востока.

6 июня союзные войска высадились в Нормандии ("Оверлорд"), открыв боевые действия на Втором фронте. Спустя несколько недель, 23 июня, Красная армия начала крупнейшую наступательную операцию Второй мировой войны в Белоруссии ("Багратион"). Менее чем через месяц, 17-18 июля, советские войска пересекли границу Советского Союза с Польшей. Вместе с бойцами Красной армии на родную землю вступили воины 1-й армии Войска Польского (т. н. армия Берлинга).

Начиная с 22-23 июля 1944 года Варшава была охвачена паникой. Под давлением наступающей Красной армии части вермахта в спешном порядке покидали польскую столицу. Это укрепило командование АК в правильности выбранного момента для начала восстания.

Однако к концу июля 1944 года ситуация резко изменилась. Гитлер принял решение не сдавать город ни при каких обстоятельствах.

Служба разведки АК своевременно указала своему руководству на усиление немецкой обороны на подступах к Варшаве, и ее руководитель К. Иранек-Осмецкий предложил командующему АК генералу Коморовскому отложить восстание как обреченное на поражение.

Также известно, что за некоторое время до начала восстания состоялась секретная встреча командующего Коморовского с представителем германской военной разведки П. Фуксом.

Польского генерала предупредили, что германской стороне известно о готовящемся восстании и примерной дате его начала. Но Бур-Комаровский все же пошел на восстание, которое не было для немцев неожиданным и тем самым было заранее обречено на поражение.

Накануне восстания в Варшавском округе Армии Крайовой числилось около 30 тыс. бойцов, что превосходило германские части в городе (13-15 тыс.), однако вооружены они были крайне слабо.

Так, на 1 августа 1944 года у повстанцев было всего 47 пулеметов, 657 автоматов, 29 противотанковых ружей, 2629 винтовок, 2665 пистолетов и 50 тыс. гранат.

К повстанцам с первых дней восстания присоединились несколько сот бойцов Армии Людовой (АЛ), но большая их часть была выведена из города еще до восстания для налаживания партизанской борьбы в лесах.

С учетом того, что немцы заблаговременно укрепили ключевые здания в городе, готовясь к обороне против советских войск, надежды на успех восстания были весьма призрачными. 31 июля 1944 года на совещании Главного штаба АК еще превалировала точка зрения о преждевременности выступления.

Варшаву в лоб не брать

Вместе с тем, согласно советскому плану операций (утвержденному И.В. Сталиным 28 июля 1944 года), Варшаву, как сильно укрепленный город, планировалось не брать в лоб, а обойти с севера и юга, создав для этого плацдармы на Висле. Такая тактика учитывала и необходимость сохранения города как одного из центров славянской культуры.

В период с 28 июля по 2 августа 1944 года советские войска захватили плацдарм к югу от Варшавы и передали его частям Войска Польского, которые должны были, наступая вдоль реки, войти в Варшаву с юга.

К этому времени войска 1-го Белорусского фронта, находившиеся под стенами Варшавы, прошли с боями с конца июня более 600 км и были крайне истощены. Отстали обозы с боеприпасами, обмундированием, продовольствием и горюче-смазочными материалами.

К тому же войска фронта временно лишились воздушного прикрытия, т. к. приданная им 16-я воздушная армия еще не успела перебазироваться на ближайшие к фронту аэродромы. Все эти факты были хорошо известны германскому командованию, которое к тому же разгадало оперативный план Красной армии и решило нанести мощный танковый контрудар со стороны Варшавы в тыл советскому плацдарму на Висле.

Для контрудара командование вермахта собрало в "стальной кулак" значительные силы: 5-ю танковую дивизию СС "Викинг", танковую дивизию "Герман Геринг", 3-ю танковую дивизию СС "Мертвая голова" и одну пехотную дивизию.

В конце июля под Варшавой немцы сосредоточили 51,5 тыс. солдат и офицеров, 1158 орудий и минометов, 600 танков и САУ.

Находившаяся ближе всего к польской столице советская 2-я танковая армия насчитывала 32 тыс. бойцов, 468 орудий и минометов, 425 танков и САУ.

Ударив с трех сторон, немцы фактически окружили и уничтожили 3-й танковый корпус 2-й армии и 2-3 августа отбросили части 1-го Белорусского фронта от Варшавы.

При этом германская группировка находилась в более выгодных условиях, так как опиралась на Варшавский укрепленный район. На подступах к польской столице советские войска потеряли 280 танков и были вынуждены перейти к обороне.

Польские историки также отмечали невозможность 1-го Белорусского фронта продолжать в сложившихся условиях дальнейшее наступление.

1 августа 1944 года в назначенный час "W" (польск. "wybuch" - восстание) восстание вспыхнуло по всей Варшаве.

Полиция безопасности и СД, гестапо через свою агентуру узнали о планах АК и заблаговременно укрепили все ключевые пункты города.

Подробно об этом рассказал на допросе в советском плену бывший военный комендант Варшавы генерал-лейтенант Рейнар Штагель.

Из показаний Штагеля следует, что немецкая контрразведка обладала весьма полной информацией о ситуации в Варшаве, поэтому начало восстания не застало германское военное командование врасплох и оно успело к нему хорошо подготовиться.

Причины поражения

В первые дни восстания поляки захватили большую часть столицы, однако не смогли занять ни одного крупного правительственного здания.

Вокзалы, основные транспортные артерии и - что особенно было важно для оккупантов - мосты через Вислу остались в руках немцев.

В самом городе повстанцы, овладев рядом районов, не смогли создать единой освобожденной территории, что крайне затрудняло их поддержку с воздуха. Внутри каждого из захваченных районов остались немецкие опорные пункты, державшие каждый участок города под прицельным огнем.

Между тем разведка 1-го Белорусского фронта получила первые (весьма расплывчатые) сообщения о восстании в Варшаве лишь 2 августа. Обстановка в городе на тот момент оставалась неясной. В город был сброшен советский связной офицер с радиостанцией, но он погиб, так как командованию Красной армии не было известно точное месторасположение повстанцев.

В первый же день необстрелянные части АК, состоявшие в основном из молодежи и интеллигенции, понесли тяжелые потери - около 2000 человек (немцы потеряли около 500). Тем не менее первые четыре дня восставшие владели инициативой, т. к. германское военное командование еще не подтянуло к городу бронепоезда, танки и орудия. Узнав о восстании в Варшаве, рейхсфюрер СС Г. Гиммлер назвал его "подарком судьбы", так как это был удобный предлог для разрушения польской столицы.

Начиная с 4 августа германское военное командование приступило к планомерному подавлению восстания. При этом с фронта не было отозвано ни одной крупной части. Против повстанцев были брошены охранные части СС, полиции, украинские националисты и сводный полк 29-й штурмовой бригады СС "РОНА" (т. н. "бригада Каминского").

При этом германское командование, используя отсутствие единого руководства восстанием (сам Коморовский признавал это, отмечая, что город в смысле расположения противоборствующих сторон был похож на "шахматную доску"), методично уничтожало по очереди очаги сопротивления, применяя тяжелые орудия, бронепоезда, танки и огнеметы.

Взгляд изнутри

8 августа 1944 года при участии специального представителя Ставки Верховного главнокомандования (ВГК) маршала Г.К. Жукова был разработан новый план освобождения Варшавы.

9 августа 1944 г. И.В. Сталин снова принял в Москве польского премьер-министра С. Миколайчика, обратившегося к советскому вождю с просьбой оказать помощь восставшим. Помимо предоставления полякам стрелкового оружия, противотанковых средств, а также медикаментов и продуктов питания, Сталин, выполняя обещание, данное Миколайчику, приказал командующему 1-м Белорусским фронтом маршалу К.К. Рокоссовскому направить в Варшаву офицера-разведчика с радистом.

В Варшаву был направлен разведчик лейтенант Иван Колос, "капитан Олег", который действовал среди восставших поляков с 21 сентября по 2 октября 1944 года. Благодаря усилиям офицера-разведчика советское командование перебросило восставшим полякам значительное количество военных грузов, медикаментов и продовольствия.

Представляет интерес и оперативный отчет лейтенанта Колоса о проделанной работе в Варшаве, в котором подробно описывался ход событий в Варшаве с 21 сентября до капитуляции восставших:

"…К концу восстания все население с нетерпением ожидало Красную Армию, обвиняя АК в преступном разжигании восстания, поведшего к гибели тысячи мирного населения.

Аналогичные настроения появились и внутри самой АК. Реакционные элементы и, в первую очередь, боевая подпольная организация АК, так называемая "ПКБ" (Паньствовы корпус безпеченьства) проводили ярко выраженную националистическую политику.

Все украинское население, оставшееся в городе, было вырезано или расстреляно.

Силами "ПКБ" также были уничтожены остатки евреев, которых не успели уничтожить немцы.

"ПКБ" проводили специальные облавы на русских военнопленных, вырвавшихся из немецкого плена, стремясь захватить заложников для последующего обмена с Красной Армией...

Так, например, АК держала в качестве заложников подполковника Николая Румянцева, майора Николая Городецкого и профессора медицины Александра Даниловича Ершова.

Участниками АК были убиты офицеры и солдаты 9-го полка 1-й Польской армии, которые прошли в центр после разгрома немцами Чернякувского участка. Сообщивший об этом агенту Разведотдела штаба нашего фронта - сержант полка Ляхно, вскоре был застрелен из-за угла…".

Помощь идет

22 августа 1944 года в послании Черчиллю и Рузвельту Сталин подчеркнул, что "советские войска …делают все возможное, чтобы …перейти на новое широкое наступление под Варшавой.

Не может быть сомнения, что Красная армия не пожалеет усилий, чтобы разбить немцев под Варшавой и освободить Варшаву для поляков. Это будет лучшая и действенная помощь полякам-антинацистам".

При этом из-за необходимой после крайне тяжелых боев перегруппировки операция Красной армии не могла начаться ранее 25 августа.

Несмотря на тяжелое положение, которое сложилось для советских войск под Варшавой, помощь повстанцам все же была оказана. При этом она была эффективнее, чем та, которую пытались доставить по воздуху англо-американские ВВС.

Так, маршал К. Рокоссовский в своих воспоминаниях отмечал:

"...с 13 сентября началось снабжение повстанцев по воздуху оружием, боеприпасами, продовольствием и медикаментами. Это делали наши ночные бомбардировщики По-2.

Они сбрасывали груз с малых высот в пункты, указанные повстанцами. С 13 сентября по 1 октября 1944 года авиация фронта произвела в помощь восставшим 4821 самолето-вылет, в том числе с грузами для повстанческих войск - 2535. Наши самолеты по заявкам повстанцев прикрывали их районы с воздуха, бомбили и штурмовали немецкие войска в городе".

Всего с 14 сентября по 1 октября 1944 года было сброшено 156 минометов, 505 противотанковых ружей, 2667 автоматов и винтовок, 41 780 гранат, 3 млн патронов, 113 тонн продовольствия и 500 кг медикаментов.

Вернемся вновь к событиям, происходившим на подступах к польской столице. С конца августа 1944 года войска 1-го и 2-го Белорусских фронтов пытались активными наступательными действиями отбросить сильную группировку немцев, нависавшую над Варшавой с северо-востока, чтобы создать условия для освобождения столицы Польши.

10 сентября 1944 года 47-я армия и 1-я армия Войска Польского перешли в наступление на Варшаву. Им противостояла 100-тысячная группировка немцев, средняя плотность которой составляла одну дивизию на 5-6 км фронта. Завязались упорные бои за восточную часть Варшавы - Прагу.

В ночь на 14 сентября советские войска вышли к Висле. Гитлеровцы сумели взорвать все мосты через реку. Слабые повстанческие силы, к тому же оттесненные в центр города, не смогли помешать их разрушению.

16 сентября 1944 года 1-я Армия ВП начала переправу на западный берег Вислы, пытаясь соединиться с повстанцами, удерживавшими недалеко от берега южное и северное предместья Варшавы - Чернякув и Жолибож.

Всего с 16 по 20 сентября в Варшаву переправились шесть усиленных пехотных батальонов. Однако не удалось перевезти на другой берег танки и орудия, т. к. немцы держали Вислу под шквальным огнем. Применив тяжелые танки и САУ, немцы к 23 сентября вытеснили десант на восточный берег. Польские части понесли тяжелые потери: 3764 убитыми и ранеными.

Цена предательства

29 сентября гитлеровцы, получив подкрепление, начали атаку на Жолибож и заняли половину квартала. Учитывая сложившуюся обстановку, советское командование решило, что единственным выходом для повстанцев является эвакуация.

30 сентября советские разведчики приняли приказ командования: в 10.00 штурмом захватить западный берег Вислы, куда подойдут лодки, способные за один рейс переправить около 350 человек.

Штурму должны были предшествовать артобстрел, бомбежка позиций противника советской авиацией и дымовая завеса.

В назначенное время отряды повстанцев заняли исходные позиции к атаке. Началась артподготовка, в воздухе появились советские самолеты, но дымовую завесу установить не удалось. В связи с этим поступило новое указание: штурмовать позиции противника при отсутствии дымовой завесы или ждать до вечера.

Было принято решение штурм отложить до вечера. Однако к вечеру того же дня немецкое командование прислало к повстанцам своих представителей, заявивших, что генерал Бур ведет переговоры о капитуляции. В доказательство этого они привезли на танке полковника АК Вахновского (наст. имя и фамилия Кароль Земски), который командовал восставшими в "Старом городе" Варшавы. Штаб АК на Жолибоже приказал своим отрядам прекратить огонь и вступил в переговоры с немцами.

Стоит обратить внимание и на отношение солдат и офицеров 1-й Польской армии к капитуляции повстанческих отрядов "АК" в Варшаве.

Управление контрразведки "Смерш" 1-го Белорусского фронта фиксировали отношение личного состава 1-й Польской армии по поводу капитуляции. Например, 11 октября 1944 года начальник УКР "Смерш" 1-го Белорусского фронта генерал-лейтенант А. Вадис сообщал в ГУКР "Смерш" НКО СССР: "…Ст[арший] адъютант 2-го батальона 1-й пехотной дивизии Здунчик 5 октября с. г., прочитав сообщение о капитуляции командования "АК", в присутствии нашего оперработника заявил: "Это предательство, какого не видел еще мир. Офицеры "АК" дошли до того, что стали охранять немецких офицеров. Я не понимаю, в чем здесь дело. Они боятся нас, не хотят, чтобы мы вошли в Варшаву, а поэтому сдали свои позиции немцам, тем самым оказали им большую помощь. Однако с этим у "АК" ничего не выйдет".

27 сентября германские войска перешли в решающее наступление на повстанческие районы. Коморовский не стал пробиваться через Вислу и 2 октября 1944 года подписал с командующим германскими войсками в Варшаве генералом СС фон дем Бах-Зелевски соглашение о капитуляции.

В плен попало 17 тыс. повстанцев, в т. ч. 922 офицера АК. Отряды АК ушли из города и частично пробились через Вислу.

Если говорить о дальнейшей судьбе плененных поляков, то на эти вопросы тоже отвечают рассекреченные архивы ФСБ: "Сведения о том, что гитлеровцы создают из поляков вооруженные формирования, поступали и от зафронтовых групп 4-го Управления НКГБ СССР с территории оккупированной немцами Польши.

17 января 1945 г. нарком госбезопасности УССР комиссар ГБ 2-го ранга С.М. Савченко направил заместителю наркома госбезопасности СССР комиссару ГБ 2-го ранга Б.З. Кобулову спецсообщение "О формировании немцами польской армии".

В документе говорилось: "…По сведениям, полученным от агентуры, засланной в отряды Армии Крайовой, командующий Армией Краевой - Коморовский Тадеуш, известный под псевдонимом "Бур", с поражением варшавского восстания, отказавшись перейти на советскую сторону, сдался в плен немцам и был заключен в лагерь Торн.

По данным, полученным от агента "Моравец", […] немцы этапировали из Варшавы в лагерь Биркенау, находящийся в районе г. Освенцим, 5-7 тысяч поляков - участников варшавского восстания. Среди них проводится вербовка в немецкую армию, сопровождающаяся угрозами".

Уроки истории

Трагедии можно было избежать

Всего же в результате варшавского восстания погибло 200 тысяч поляков, в том числе 16 тысяч повстанцев. Все гражданское население Варшавы было вывезено из города, в том числе 87 тыс. человек направлены на принудительные работы в Германию. За время восстания немцами было уничтожено 25 процентов довоенной застройки города.

Вплоть до освобождения Варшавы Красной армией 17 января 1945 года подразделения СС по указанию Гиммлера планомерно взрывали культурные памятники, уничтожали особенно архивы и библиотеки польской столицы.

Что касается потерь Красной армии, то только в августе - первой половине сентября 1944 года войска 1-го Белорусского фронта потеряли на подступах к Варшаве 166 808 солдат и офицеров.

Потери 1-го Украинского фронта лишь за август составили 122 578 человек. То есть оба фронта потеряли 289 386 человек.

И до сих пор на Западе находятся люди, которые осмеливаются упрекать Красную армию и ее руководителей в том, что они не захотели будто бы помочь восставшей Варшаве. Войско Польское в боях за освобождение родины потеряло 26 тыс. человек убитыми и пропавшими без вести.

Подводя итог, основанный исключительно на документальных фактах, можно сказать, что Варшавское восстание августа-сентября 1944 года являет собой пример героической борьбы поляков против немецких оккупантов, окончившейся трагически из-за антисоветских взглядов польского правительства в эмиграции и подчиненной ему Армии Крайовой, которые не пожелали скоординировать место и время восстания с СССР.

Возникает вопрос, как пошло восстание, если бы оно началось на несколько недель позже и было скоординировано с советским командованием.

Ответ однозначный - таких потерь, особенно среди гражданского населения, удалось бы избежать и сама Варшава не оказалась бы разрушенной.

 Ведь Сталин изначально ставил задачу войскам - Варшаву при штурме сохранить.

Источник


Ви можете обговорити цей матеріал на наших сторінках у соціальних мережах